psi911 - библиотерапия

Отрывок из статьи Николая Рубакина, директора Международного института библиологической психологии (Лозанна) и Пьера Шмидта, доктора медицины Женевского университета, действительного члена Международного института библиологической психологии. (Цит. по: Рубакин Н.А. Библиологическая психология. - М., 2006. - С.752-766).


Принципы и методы библиологической психологии в их применении к медицинской практике

Библиопсихологическое исследование врача и пациента, их типов и соотношение этих типов

Всякое словесное общение предполагает не иначе как три фактора, которые суть: говорящий, его речь и слушающий. Качественная и количественная стороны этих трех факторов разнообразны до бесконечности. В процессе словесного общения всегда наблюдается функциональная зависимость между этими тремя факторами. С изменениями одного из них неизбежно изменяется и психология двух остальных. Одна из задач библиопсихологии - выяснить и точно сформулировать эту зависимость в целях ее утилизации на практике. Для этого необходимо изучение каждого из трех факторов в отдельности, а также и исследование их соотношений. Библиопсихология дает в распоряжение врача, как мы уже упоминали выше мимоходом, целый ряд методов исследования личности в процессе ее словесного общения. В этом случае выдвигается на первый план опять-таки влияние, а значит и восприятие слова.

Исследовать личность перципиента - это значит исследовать сравнительную возбудимость различных психических переживаний ее, под влиянием чужих слов. Этой сравнительной возбудимостью определяется как психический тип, так и индивидуальность субъекта.

<…>

Как мы сказали выше, метод исследования личностей по их реакциям на различные тексты (слова, фразы и т. д.) дает возможность классифицировать перципиентов, а это, в свою очередь, дает возможность врачу ориентироваться в психических типах больных довольно быстро, подобно тому, как классификация зоологическая или ботаническая облегчает исследователю ориентироваться в том индивиде, который у него под рукой.

<…>

Зная тип и индивидуальность больного, врач получает возможность планомерно и целесообразно организовать словесное общение с больным. Так, например, больной с аналитическим складом ума реагирует на слова врача не так, как больной со складом ума синтетическим. Аналитик имеет склонность критически разбирать ответы и советы врача, сравнивать их с другими ответами того же врача или других врачей, находить в них противоречия и сомневаться. Это тревожит самого больного и вредит ему. Больной дедуктивного типа склонен делать вывод за выводом из всяких идей, мнений и советов врача.

Эмоциональный пациент реагирует на слова врача не так, как неэмоциональный. Религиозный не так, как атеист. Эстет - не так, как реалист и т. д.

<…>

С другой стороны, и врачи тоже бывают разнообразных психических типов, и их типы, индивидуальности, а также и временные настроения не редко не совпадают с особенностями их пациентов в момент словесного общения. Главное - врач должен вместе с пациентом работать, исследовать и искать лечение. Обыкновенно врачи упускают из виду, что результат их лечения зависит не только от их медицинской опытности, знаний и интуиции, но и от их собственного психического типа и личных особенностей, и от соотношения их типов с типами пациентов. В медицинской практике как диагноз, так и терапия находятся в функциональной зависимости от психического типа врача. Д-р М. Юровская разработала "психический профиль врача" с точки зрения профессиональной ориентации и дала в своей работе: а) перечень психофизических качеств, нужных для профессии врача, по стадиям работы (подготовка теоретическая и практическая, практика по окончанию медицинского факультета); b) психофизиологическую характеристику врача; с) план беседы врача с пациентом.

М. Юровская вполне справедливо ставит при этом и самый выбор медицинских специальностей в зависимость от психических особенностей студента медика. Острота восприятий внешних органов чувств, особенности памяти (быстрое или медленное запоминание и припоминание, память логическая или фактическая и т. д.), концентрация внимания, наблюдательность, особенности мышления (дедуктивное или догматическое, индуктивное, интуитивное или дискурсивное), эмоциональность, отзывчивость, внушаемость, сила и качество апперцепции, способность легко преодолевать неприятные впечатления и подавлять в нужные моменты свои чувства, а также уверенность в самом себе - таковы безусловно необходимые качества для всякого хорошего врача. Все эти качества имеют свои разновидности, смотря по возрасту, полу, по психическому и социальному типу врача.

<…>

Нужно ли подробно доказывать, что перед лицом бесконечного разнообразия психических и социальных типов как врачей, так и пациентов те и другие сознательно и подсознательно должны принимать в расчет в своих словесных и других обоюдных сношениях соответствие или несоответствие своих типов Их соответствие caeteris paribus благоприятно отражается на результатах и диагноза и терапии, тогда как несоответствие нередко ведет к обоюдному непониманию, а значит, к печальным и отрицательным результатам.

"Всякий больной, - говорит д-р Лик, - нуждается во враче, лично к нему подходящем и которому пациент подчиняется без оговорок Ход болезни и лечения зависит во многом от соответствия социального и психического типа врача и пациента. На вопрос профессора-экзаменатора "из каких элементов составляется понятие болезни", один студент ответил бессознательно метко: "Из больного и врача". Врачи, имеющие большую, постоянную практику, сплошь и рядом обязаны своим успехом уменью приноровиться к особенностям больного, иногда даже его странностям.

Приноравливание по глазомеру и наитию, обусловленное потребностями медицинской практики, должно быть организовано планомерно, путем научного и систематического исследования типов врача и пациента и их соотношений. В силу индивидуализации лечения необходима и индивидуализация такого приспособления. С такой целью врач должен раз и навсегда выяснить с собственный психический и социальный тип возможно детальнее, использовав для этого те же библиопсихологические методы, какие он собирается практиковать и на своих пациентах. Это он должен сделать еще приготовляясь к своему призванию, а также практически изучить методы на себе и товарищах. Медицинская психология должна войти в курс, и это нужно делать не тогда, когда невылазное колесо практики уже захватило врача, а еще тогда, когда врач подготавливается к своему званию: к этому периоду всего удобное отнести все библиопсихологические опыты как над самим собой, так и над своими товарищами, а также и практическое изучение библиопсихологических методов.

Библиопсихологический диагноз

По меткому выражению Ю. Блейлера, человеческая психика "слишком сложна: то, что в данную минуту кажется верным симптомом определенной болезни, нередко по ознакомлению со всеми обстоятельствами дела получает другое объяснение", поэтому правильный диагноз болезни по ее психическим признакам, выражающимся в явлениях речи, требует, в свою очередь, максимально полного, глубокого и интимного исследования больного, как его психики, так и физики. Всякая болезнь, будь она хроническая, наследственная, временная, обусловливает появление тех или иных ненормальностей (уклонов от средней нормы) не только в расстройствах языка, но и в явлениях восприятия и понимания чужих слов, в изменениях впечатлительности к чужим словам и реагированию на них.

<…>

Пользуясь определенно выбранным словом, фразой, текстом, книгой и даже группами книг как реактивами на психические состояния больного и исследуя его реакции на таких раздражителей, врач получает возможность намеренно и планомерно вызывать в больном те или иные реакции, которые и явятся диагностическими признаками или симптомами.

Основную базу библиопсихологического диагноза при психических болезнях можно выразить следующими словами проф. А. Бернштейна: "Клиническое изучение психопатологического материала с несомненностью установило, что каждой нозологической группе присущ определенный род формальных особенностей психического функционирования, характеризующий данную группу с психологической стороны. Эти особенности сопровождают болезнь на протяжении всего ее течения, колеблясь в своей интенсивности, но обычно не изглаживаясь даже по минованию приступа болезни". "Наличность их всегда можно установить в каждом болезненном случае. Для этого следует, не ограничиваясь выжидательным наблюдением, стремиться к проявлению и уловлению их путем исследования и к определению их при помощи эксперимента". "Необходимо применение таких экспериментальных методов, которые давали бы нам доступ в самое психическую лабораторию, вскрывали бы перед нами воочию подготовительные и деятельные механизмы психической работы, позволяли бы присутствовать при последовательном движении интеллектуальных, эмоциональных и волевых процессов, каково бы ни было их содержание".

Как видно из того, что нами изложено выше, библиопсихологический метод удовлетворяет таким требованиям. В процессе чтения, т.е. в реакциях читателя на слова и фразы текста, выражается и воспринимающая, и обрабатывающая, и запечатлевающая, и воспроизводящая функции мнемы, т.е. все три фазы сочетанного рефлекса, и ее эмоциональные, волевые и моторные особенности.

Библиопсихологическая терапия

Под этим термином мы понимаем планомерную организацию словесных влияний на больного в целях борьбы с его болезнями, как соматическими, так и психическими. Раз уже организован рациональный подход врача к больному, а их словесное общение поставлено на почву обоюдного понимания; раз уже выяснены как социальные, так и психические типы как врача, так и пациента, а также и соотношения их типов и целесообразно усилен их эмоциональный консонанс, врачу затем остается утилизировать речь печатную и устную в целях борьбы с болезнью.

Все эти формы речи представляют собой своего рода лекарства. Это справедливо, когда говорящим и пишущим является сам пациент, равно как и тогда, когда врач старается использовать слово как лекарство, когда он посредством слова старается поднять дух больного, ободрить его, утешить, успокоить, выявить наружу болезненный комплекс, организовать катарсис. Таким катарсисом является и исповедь в устах больного, и давая ему возможность высказаться, выявить при помощи слов то, что его мучает, врач тоже организует лечение словесного типа.

Когда больной пишет свой дневник исключительно для себя, не посвящая никого в его тайны, или когда он изливается в длинных письмах, отсылая их своему самому интимному другу, этим способом также организуется катарсис словесного типа.

Из этих примеров видно, что терапия библиопсихологического типа уже давно в ходу, но с тою разницей, что в методологии такой терапии уделяется очень мало внимания самому слову как средству лечения.

Библиопсихологическая организация борьбы с болезнями сводится к рациональному словесному воздействию на сознание и подсознание больного, на эмоциональную, а также и на интеллектуальную и волевую сторону его мнемы. Прежде всего к этой организации относится планомерное заполнение его мнемы теми энграммами реальностей, каких, по мнению врача, данному больному не достает. Это безусловно необходимо, например, в тех случаях, когда больной суеверен или невежествен, или не имеет никаких представлений об устройстве тела и о способах лечения, когда он во власти ложных идей, голословных утверждений, непроверенных фактов. Здесь больному могут помочь знания, каких у него еще нет, но какие могут быть сообщены ему врачом или по совету врача. Разумеется, тут необходима организация сообщения таких знаний при наименьшей затрате средств и сил.

Здесь перед нами тоже особая глава библиопсихологии. Сообщение знаний зависит от типа больного. Субъектам слухового типа необходимы словесные объяснения. Труднее всего заполнение мнемы новыми энграммами для людей типа моторного. Мы знаем, что тысячи и тысячи больных, даже будучи в силах не только перелистывать иллюстрированные издания, но и читать книги, в настоящее время проводят в кровати иногда целые месяцы, погружаясь и в скуку, и в тоску, которые отражаются на их болезни отрицательно, потому что этим дается возможность сосредоточивать свое внимание или на своей болезни, или на болтовне со своими соседями. Заполнение мнемы должно быть организовано в терапевтических целях, а для этого должны быть устроены в больницах библиотеки, подбор книг для которых соответствовал бы библиопсихологической терапии.

<…>

Нельзя говорить о книге, которая возбуждает во всех своих читателях больше всего образы, или больше всего концепты, или эмоции, или инстинкты и т. д. Все такие возбуждения зависят не столько от самой книги, сколько от психических особенностей читателя. Книга, наиболее действующая, например, на инстинкты, это такая книга, которая в большинстве ее читателей возбуждает такие-то инстинкты. Но наверное встречаются и читатели, в которых та же самая книга совсем не возбуждает инстинктов, а возбуждает какие-либо другие психические явления. Так, например, даже самая порнографическая книга, рассчитанная на возбуждение полового инстинкта, не действует на детей в таком самом смысле, если у детей еще не проснулся половой инстинкт.

Возбуждающая сила книги не в книге, а в читателе. Потенциал книги тоже не в книге, а в читателе. Рассортировав всех читателей по психическим типам, можно рассортировать и книги по действиям их на читателей разных типов.

Книги, которые одному типу кажутся глубоко неэстетическими, например, лубочные издания, Рокамболь, Монте-Кристо, кажутся читателю другого типа более эстетичными, чем даже сочинения Тургенева. Это доказано многочисленными исследованиями читательства.

Книги, которые одному типу кажутся революционными, другому типу - контрреволюционными. То, над чем смеется читатель одного типа, читатели другого типа принимают плача или сердясь и т. д.

Нередко на больного сильнее всего действуют не те слова врача, которые обращены именно к нему, больному, а те, с которыми врач, в присутствии больного и полуголосом, обращается к одному из окружающих. Нередко оказываются наиболее действенными те слова врача, которые сказаны им как будто бы мимоходом. На иного больного действует рассказ о том, как тою же болезнью страдал когда-то и сам врач и как он от нее вылечился. Сильно действуют на интеллект больного и совместные искания причин болезни и средств лечения.

Значит, библиопсихологическая терапия сводится к уменью вызывать при помощи книг в читателе любого психического и социального типа определенные, желательные врачу переживания, не считаясь со своим собственным мнением о книге, а лишь опираясь на изучение читателей и влияние на них разного рода книг. С этой точки зрения действительно можно составить терапевтический каталог для больных читателей, рассортировав книги и по типам болезней, и по типам читателей. В таком случае одна и та же книга будет значиться одновременно в нескольких клеточках, и дрянные, по нашему мнению, книги будут охарактеризованы своими полезными действиями, а книги, по нашему мнению, превосходные - своими действиями вредными.

Давно замечено, что книга является орудием внушения. Проф. Ш. Бодуэн в замечательном труде "Suggestion et autosuggestion" показал, что внушение бывает действенным только тогда, когда оно превращается в самовнушение. Если врач определенно выяснил, что данный его пациент более или менее поддается внушениям и самовнушениям, это дает возможность утилизировать книги в целях определенного воздействия на больного, и для лечения не только нервных и душевных, но и соматических болезней.

Далее, если врач подразумевает в больном какой-либо болезненный комплекс, о котором больной не решается говорить, например, эдиповский комплекс, то, намеренно дав такому больному книгу, где речь идет о таком именно явлении, врач вызывает в этом больном сильную реакцию, чем и оправдывается предположение врача, и вместе с тем определяется метод лечения. Здесь перед нами организация катарсиса без всяких словесных выпытываний у больного, а только путем организации чтения.

В нашей практике был именно такой случай. Терапевтическая практика библиопсихологического типа - такая обширная и пестрая область, что очень трудно познакомить с ее объемом и содержанием в нескольких словах. Поэтому мы должны ограничиться лишь простым перечислением нескольких фактов, характеризующих разные способы лечения путем выбора книг и чтения, а также рассказывания, бесед, разговоров, намеков и т. д.

Так, например, известно, что с помощью разумного подбора книг и опираясь на свое знакомство с психологией больного, врач может поднимать бодрость больного. В другом случае таким же путем возможно утилизировать эмоцию ожидания, радости, эмоцию приятных воспоминаний и т. п.

Книга является мощным орудием для возбуждения интереса то к той, то к другой области жизни, то к тому, то к другому общественному или иному вопросу, тому или иному стремлению к идеалу или его осуществлению. Чего мы не знаем, то кажется нам несуществующим. Опираясь хотя бы на эту самую, всем известную и всеми игнорируемую истину, врач может зажигать интерес в больном к разного рода явлениям, лишь констатируя самый факт существования этих явлений.

<…>

Скажем теперь два слова о библиопсихологической профилактике. К ней относятся, например, организация чтения беременных женщин, предохранение их от моральных потрясений и других вредных влияний, нередко вызываемых чтением нерационально выбранных книг. К профилактике же должно быть отнесены и организация детского чтения для разных возрастов на основании исследования психических особенностей таких читателей и путем планомерного изучения их реакций.

<…>

Далее, напомним применение библиопсихологических исследований в целях изучения сравнительной одаренности детей. Книга является реактивом на пробуждение полового чувства в детях, а также и орудием сублимации его. Книга является реактивом и на климактерический возраст женщины, например, книги Карины Михаэлис или "Радости жизни" Золя.

Этим мы и закончим наш обзор терапевтической утилизации слова. Он сливается с его утилизацией среди здоровых. Из всего сказанного естественно вытекает необходимость для врача знакомиться с возможно большим числом книг во всех областях знания, а также психических и социальных типов книг, изучать их влияние на читателей разных типов.

В связи с вышесказанным встает вопрос о самообразовании врача. Врач по тому самому, что он врач и потому, что он всегда имеет дело и с интегральным человеком и с интегральной и космической жизнью, волей-неволей должен быть или стать энциклопедистом. Врач-специалист - не более как полуврач. Специальность и специализация медицинских знаний - то же, что организация односторонности. Но свою разносторонность и энциклопедичность врач может создать только своими собственными силами: их не давали, не дают никакие специальные учебные заведения. Только своими собственными усилиями врач может выработать и создать в себе и гибкость, и чуткость, и уменье перевоплощаться и вчувствоваться в любого больного, созданного социальною средою и природою. Здесь перед нами вопрос о разностороннем, целесообразном, планомерном и, разумеется, абсолютно свободном и независимом самовооружении врача не только знаниями, но и уменьем критически мыслить, чувствовать, переживать правду жизни той самой реальности, которая так нелепо и жестоко всюду и всегда в наше время подавляется словесностью, не соответствующей реальности.

Здесь не место говорить о том, как врач должен вести самообразовательную работу с наименьшей затратой времени и сил. Это вопрос его психического и социального типа. Об организации самообразовательной работы мы уже говорили не раз, и этот вопрос, поставленный на прочный фундамент естественных законов чтения и слушания, уже достаточно разработан путем библиопсихологических изысканий. Но мы не можем не подчеркнуть здесь ту прочнейшую связь, какая существует и не может не существовать, с одной стороны, между самообразованием самого врача, а с другой - его словесным воздействием на пациентов, психологическим подходом к ним, разговором с ними, в соответствии с их психическими социальными типами, наконец, диагнозом и терапией разного рода болезней путем словесного воздействия.

На этом мы и закончим наш доклад. Его цель не в том, чтобы разрешать вопросы, а в том, чтобы поставить их и обратить на них внимание врачей, показать, что библиопсихология должна быть включена в список тех научных дисциплин, которые изучаются студентами, готовящимися к званию врача. Всего, что в нашем докладе сказано, думается, вполне достаточно, чтобы выяснить полезность, и даже более того - необходимость библиопсихологии и библиопсихологической подготовки для всякого врача не только в его плодотворной борьбе с болезнью, но и в не менее плодотворной работе над созиданием нового строя.


Источник:

Рубакин Н.А. Библиологическая психология. - М., 2006. - С.752-766


Вернуться к списку статей >>>

Последнее обновление: 27 июля 2015 г.



Обо мне | Privacy Policy | Контакты | ©2006-2015 Чаплина Галина Владимировна |